Основано на реальной истории https://youtu.be/SZi20xoLH78
Анастасия долго жила с ощущением, что должна быть классной.
Не просто хорошей, а именно такой, к которой не будет вопросов. Умной, сильной, правильной, интересной, той, кто знает, как надо, кто справляется и может объяснить жизнь себе и другим.
Снаружи это выглядело как уверенность.
Но внутри был страх критики. Страх, что кто-то увидит ее неидеальность. Что она окажется не такой умной, красивой, талантливой, не такой правильной, какой хотела казаться. Любая ошибка, неловкое слово или чувство, что она не дотянула, запускали внутри жесткую самокритику.
Она тихо ненавидела себя за неидеальность: за 2 лишних килограмма, что поет недостаточно хорошо. Когда она хотела выступать на сцене, внутри будто кто-то спрашивал: «А кто ты вообще такая?».
Это просто съедало изнутри.
В отношениях Анастасия выбирала тех, кому нужно было понравиться и чье внимание нужно завоевать. Сначала мужчина мог красиво проявляться, ухаживать. А потом, когда отношения становились более стабильными, она снова ощущала себя на вторых ролях. Снова чувствовала, что она неинтересна и пыталась заслужить любовь.
Ей казалось, что любовь должна быть чем-то, за что нужно бороться и выстрадать. Если мужчина просто рядом, если он любит спокойно, без постоянного восхищения, это не было для нее любовью. Нужно было, чтобы ее обожали, ставили на пьедестал, говорили много красивых слов и подтверждали, что она важна, прекрасна и исключительна.
Иначе включалась боль: я ему не интересна.
С мамой была особая история.
Она была близким человеком, но Анастасия зависела от ее мнения. Если маме что-то нравилось – это хорошо, не нравилось – значит, нужно отказаться. Даже когда Анастасия уже была замужем, мамина оценка продолжала быть на первом месте.
Мама могла приходить к ней домой и вести себя так, будто это ее пространство: перекладывать вещи, открывать ящики, искать то, что ей нужно, пользоваться квартирой по-хозяйски. Анастасия пыталась это остановить, но не умела. Любая попытка выстроить границы превращалась в конфликт, а конфликт – в чувство вины.
Анастасия не понимала кто она, про что и что ей делать в собственной жизни.
После начала полномасштабной войны Анастасия переехала из Харькова в Черновцы. Старое окружение рассыпалось. Подруги и знакомые разъехались по разным городам и странам. Жизнь будто встала на паузу. Вокруг была неопределенность: где жить, в какой стране строить будущее, оставаться в Украине или уезжать, и что делать.
Она была преподавателем английского языка. В этой профессии было много опыта, знаний, регалий, привычной опоры. Она любила свою работу. Но внутри давно было другое желание – петь, быть на сцене и жить музыкой.
Только непонятно как.
Музыкального образования нет. Сцены нет. Связей нет. Кто она такая, чтобы выйти и петь? Кому это нужно? Как туда попасть, если всю жизнь ты была в другой профессии?
В это же время обострился кризис в отношениях с мужем.
Они были вместе много лет. Сын, быт, общая история, знакомая семейная жизнь. Муж был хорошим, надежным человеком. Но внутри Анастасия чувствовала, что огня давно нет. Они будто стали хорошими знакомыми, которые делят быт и воспитывают ребенка.
Ей казалось, что мужу она неинтересна. Что он живет свою жизнь, работает за компьютером, отдыхает за компьютером, будто женат не на ней, а на работе. Когда она заходила к нему в комнату, чтобы позвать попить чай или провести время вместе, она считывала от него волну раздражения: я занят, не дергай меня, я работаю.
Эта боль была настолько сильной, что в какой-то момент Анастасия оказалась в любовном треугольнике.
С одной стороны, она знала, что так не ок. С другой – сердце тянулось туда, где, как ей казалось, есть чувства, внимание, любовь и ощущение, что ее видят. Ее раздирало между желанием быть любимой и пониманием, что она изменяет.
Она была в тупике.
Параллельно она уже видела видео Павла Бильского в Instagram. Лицо и голос были знакомы. Иногда она показывала эти видео мужу, потому что ей отзывалось, как он говорит. Но доверия к инфопродуктам не было. Слишком много вокруг было людей, которые называют себя экспертами, обещают ответы и продают поверхностные марафоны. Страх шарлатанов, обмана и пустой мотивации был сильным.
Но однажды ей попался анонс бесплатного вебинара.
Она подумала: что я теряю?
И пришла.
Уже на первом дне она вдруг поймала себя на том, что конспектирует. Не просто слушает фоном, не скроллит, не оценивает со стороны, а пишет. Потому что слышит то, чего раньше не слышала. Про сценарные процессы. Про базовые боли. Про то, как человек может жить под влиянием внутреннего сценария и даже не понимать, почему все время выбирает одно и то же.
Это было не похоже на то, что она уже знала из терапии или психологического контента. Там появилась конкретика. Появился угол, под которым ей нужно было посмотреть на себя. И если ценность была уже на бесплатном вебинаре, значит, в платной программе может быть еще больше.
Несмотря на внутреннее сопротивление, страх обмана и осторожность, Анастасия присоединилась.
На первой ступени Время Перемен она начала видеть, что внутри не один запрос, а целый клубок.
Первым проявился чувство неполноценности. Из этого росла критика себя за неидеальность.
Потом открылось чувство ненужности в отношениях с мужчинами. То самое ощущение, что она не интересна мужу, что ее не выбирают и нужно добиваться внимания. Позже она увидела, что это связано с отцом.
В детстве ее родители расстались и она осталась жить с мамой. Папа жил в другой стране. В подростковом возрасте Анастасия пыталась наладить с ним отношения. Ездила к нему, оставалась на какое-то время и возвращалась назад. Но это не становилось настоящей близостью. Она чувствовала, что ему не нужна.
Позже проявились вина и стыд. Отец выпивал, и маленькая Настя видела, как странно может себя вести взрослый человек взрослый человек. Она чувствовала стыд за него и вину, что он пьет.
На первой ступени Анастасия получила неожиданный результат – она бросила курить. Это оказалось так легко, что она этого не ожидала.
Для нее это было важным доказательством: оказывается, она может.
Параллельно она выполняла все практики и задания в программе и оказалось, что она впервые начала уделять время себе.
И тогда случился неожиданный момент: муж сам вышел из комнаты и впервые сам предложил попить чай.
Раньше она ходила к нему, пыталась вытянуть его внимание, ждала, что он оторвется от своих дел. А тут она перестала бегать за ним, занялась собой – и он сам заметил ее отсутствие. Сам начал интересоваться, что она делает.
Это был маленький, но очень важный сдвиг. Когда она начала возвращаться к себе, отношения тоже начали двигаться.
Следующим этапом стала тема родителей
С мамой нужно было выстроить границы. Анастасия начала понимать, что может любить маму и при этом не быть доступной каждую минуту. Может иметь свое пространство, сказать «нет», не отвечать сразу.
Раньше у нее поднималась вина, страх и ощущение, что она плохая дочь. После работы с темой «Родители» появилась внутренняя опора.
Отношения с мамой стали взрослее. Появилась понятная рутина общения, свои традиции, встречи и разговоры. Мама нормально это приняла. Оказалось, что границы не разрушают любовь. Они делают контакт чище, потому что в нем становится меньше подавленного раздражения и больше настоящей близости.
С отцом работа была еще глубже.
Всплывали воспоминания, которые раньше были закрыты. Когда Анастасия видела, как отец подруги заботится о своей дочери: вез ее отдыхать, чинил ей качелю, брал на колени. И рядом стояла она, понимая, что у нее такого не было и не будет.
Это была та самая боль, которая потом заставляла выбирать мужчин, чье внимание нужно было завоевывать.
Через практики, анкеты, слезы и глубокую работу Анастасия начала видеть, как детская история с отцом управляла ее взрослой жизнью. Она не просто «случайно» попадала в отношения, где нужно добиваться любви. Она снова и снова пыталась доиграть старую игру: понравиться тому, кому она не интересна. Получить любовь там, где ее нужно заслужить.
И тогда она посмотрела на мужа по-новому
Раньше ей казалось, что он ее не любит. Потому что не говорит так, как ей нужно. Не делает трехэтажные комплименты. Не обожает ее вслух каждый день. Не ставит ее на пьедестал.
Потом будто упала пелена.
Она увидела, что муж все это время любил ее. Просто иначе. Он решал проблемы. Он обеспечивал семью. Он создавал для нее и ребенка хороший уровень жизни. Был надежным и проявлял любовь не тем способом, который она привыкла считать любовью, а своим способом.
А она это обесценивала.
Потому что ей нужно было не спокойное присутствие, а подтверждение собственной исключительности. Нужно было, чтобы кто-то снаружи закрывал внутреннюю дыру и доказывал: ты прекрасна, ты нужна, ты лучшая.
Работа с родителями помогла увидеть, что никакой мужчина не сможет закрыть ту боль, которая сформировалась еще в детстве.
На третьей ступени «Аутентичность» работа стала глубже и точнее. Анастасия начала заходить в отдельные темы: доверие, близость, ответственность, собственные желания. Она увидела, что много ответственности перекладывала на других людей. Например, думала, что решение – ехать за границу или оставаться в Украине – должен принять муж. Что кто-то другой должен понять, что делать с семьей, страной, деятельностью и будущим.
Но оказалось, что сначала ей самой нужно спросить себя: а чего я хочу?
Так она начала принимать решения не из ожидания, что кто-то даст ответ, а из своих ценностей. Где она хочет жить. Что для нее важно. Какой жизни она хочет для себя и семьи. Что она выбирает.
И тут она поняла, что чтобы разобраться со всеми этими вопросами, необходимо сделать выбор, какие отношения она хочет строить дальше.
На одном из разборов она впервые вышла с этим запросом. Это было страшно.
В отношениях ей подсветили страх близости. Сначала это было непонятно. Как она может бояться близости, если они с мужем столько лет вместе, многое знают друг о друге, говорят, имеют семейные традиции? Казалось, что ближе уже некуда.
Но оказалось, что знание друг друга и бытовая близость – это еще не та близость, где есть честность, выбор, уязвимость и готовность быть настоящей.
Она сначала выбрала быть с мужем и пришла с ним на разговор. Анастасия призналась ему в измене и после честного искреннего разговора они выбрали идти в глубину вдвоем.
А потом в масштабировании начался период действий во внешнем мире.
Первым шагом стало вождени – она села за руль. Хотя всегда очень боялась этого. Она поехала.
И поняла: Cтрашно – не значит нельзя. Страшно – значит нужно делать испуганной.
Следующим шагом стала музыка.
Она больше не могла откладывать это на потом. Не было музыкального образования, не было связей, не было готового пути. Она жила в новом городе, где знала всего несколько людей. Писала в заведения, предлагала себя как певицу, но это не сработало. Никто ее не знал, никто не слышал.
Тогда она сделала то, от чего раньше бы сгорела от стыда.
Взяла колонку, микрофон, коробку для донатов и вышла петь на улицу Кобылянская в Черновцах.
Она не знала, можно ли так. Не знала, есть ли у уличных музыкантов разрешения.Но внутри уже была взрослая позиция: если будут последствия, я буду с ними разбираться. Я не убегу.
Сначала был сильный страз. Но она пела. Раз, второй, третий. Она сделала около десяти таких выходов, а потом к ней начали подходить люди: музыканты, представители заведений, арт-директор музыкального бара. Ее пригласили выступать уже не на улице, а в заведении.
Так улица стала дверью на сцену
Потом появились выступления в барах, знакомство с музыкантами, кавер-проект, где Анастасия стала вокалисткой и фронтвумен.
До методологии она была преподавателем английского языка, которая мечтала петь, но не понимала, как туда попасть. После – стала женщиной, которая вышла на улицу с микрофоном, прошла через стыд, познакомилась с музыкантами и начала строить музыкальную деятельность.
Главное изменение произошло не в одной сфере. Оно произошло в способе жизни.
До методологии у нее была внешне понятная жизнь: преподаватель, семья, ребенок, многолетний брак. Но внутри – тупик, параллельные отношения, страх критики, зависимость от маминой оценки, нереализованная мечта о сцене и чувство, что она не понимает, что делать дальше.
После – появилась женщина, которая знает свой внутренний стержень. Которая может выбирать свою семью не из долга, а из любви. Может строить границы с мамой без войны. Может петь не только дома или в мечтах, а перед людьми. Может быть не идеальной, но живой. Может задавать вопросы, выходить на разборы, говорить правду, просить помощь, выходить к людям и проявляться.
Если внутри уже есть тупик, если вы не понимаете, где жить, с кем быть, чем заниматься, почему отношения не дают близости, почему вы все время ждете решения от других – это не нужно терпеть, как норму.
Начать можно с диагностики.
Чекап жизни поможет увидеть, что происходит в ключевых сферах, какие сценарии управляют вашими решениями, где вы потеряли контакт с собой и с какого шага можно начать возвращаться к своей жизни.
